biblio_graf (biblio_graf) wrote,
biblio_graf
biblio_graf

Category:

АЛГОРИТМ ПУШКИНА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

начало см.:  http://biblio-graf.livejournal.com/92050.html

Василий Львович Пушкин (27 апреля (8 мая) 1766 — 20 августа (1 сентября) 1830) — русский поэт, дядя Александра Сергеевича Пушкина.

Родился в Москве. 18-летним юношей блистал в московских салонах; служил в Измайловском полку, поручиком вышел в отставку и поселился в Москве. 1803—1804 гг. Пушкин провёл за границей, главным образом в Париже. Возвратился он из Франции одетым с парижской иголочки, надушенный французскими духами, в модных ажурных чулках и не слишком смущённый тем, что за время его отсутствия синод признал его виновным в нарушении святости брака и определил «подвергнуть семилетней церковной епитимии с отправлением оной в течение шести месяцев в монастыре, а прочее время под смотрением его духовного отца». Наказанный за грехи свои «обетом безбрачия», Василий Львович впоследствии сожительствовал с А. Н. Ворожейкиной, остававшейся ему верной женой до самой смерти. У них было двое «незаконных» детей, которым  В. Л. Пушкин не мог дать фамилию, но оставил имущество.

Интересно, с  чего бы  это Пушкин, имея в лице любимого дядюшки пример столь «высоконравственного»  поведения,  так взъелся на Дантеса??? 


   До пожара Москвы 1812 г. Василий Львович вёл веселую, открытую жизнь гостеприимного и обеспеченного человека.

 На какие же шиши "оделся с парижской иголочки" и кутил отставной поручик? Да все на те же, что и его племянничек впоследствии.  Александр Сергеевич, официально скончался нищим должником (а заодно, кстати обладателем библиотеки из нескольких тысяч томов, многие книги в которой были редкими и стоили по 200-280 рублей. 3000 Х 100руб. (средняя цена) = 300000). Суммы, потраченную им за карточным столом и флирт с женщинами из Дон-Жуанского списка я затрудняюсь привести, сколько-то и прожито было. Бухгалтерия приводимая в личных бумагах Пушкина сегодня, когда любой школьник знает о наличии ЧЕРНОЙ бухгалтерии - несерьезна.


 Сам Пушкин, как и окружавшие его люди (!) себя, тем не менее, бедным никогда не считал: "говорят: он богат, черт ли ему в деньгах. Положим так, но я богат через мою торговлю стишистую, а не прадедовскими вотчинами..." (Письмо С.Соболевскому, 1827 г.). Но может ли всерьез считать и называть себя богатым человек, покупающий за год хотя бы 10 редчайших книг по 200 руб. - а в приходе (за стихи) имеющий 2000 руб?  Тогда это величайший аскет и скромник, питающийся черными сухарями и манной небесной, да еще на фуршетах бесплатными царскими ананасами и рябчиками. Имея такой баланс расходов и доходов - того гляди и со столов начнешь приворовывать, чтобы детей накормить. Что уж там о плагиате говорить... Негуманно будет по отношению к обремененному большим семейством человеку. 

   Стыдливо умалчивают многие пушкиноведы и о весьма своеобразной забаве нашего великого поэта. А он, очень любил, катаясь в лодке по невским волнам, кидать в воду…. ЧЕРВОНЦЫ, любуясь золотым блеском уходящих на дно кружочков…. (Видимо, ещё и шептал при этом какие-то заветные слова, но об этом – позднее).

Хорошо, что дядюшка передал по наследству расточительному  племянничку свое мастерство составителя стихотворных шифров (иначе не читали бы мы Онегина), чем УВАЖАТЬ СЕБЯ ЗАСТАВИЛ, и ЛУЧШЕ ВЫДУМАТЬ НЕ МОГ - бизнес не ушел из семьи, НО БОЖЕ МОЙ, КАКАЯ СКУКА - пришлось вкалывать И ДЕНЬ И НОЧЬ, особо не отлучаясь - но такова была воля ЗЕВЕСА:

 

Великой Зевс с супругой белоглавой*
И мудрая богиня, дева силы,
Афинская Паллада,- вам хвала.
Примите гимн, таинственные силы!
Хоть долго был изгнаньем удален**
От ваших жертв и тихих возлияний,
Но вас любить не остывал я, боги,
И в долгие часы пустынной грусти
Томительно просилась отдохнуть
У вашего святого пепелища
Моя душа - . . . . . . . там мир.
Так, я любил вас долго! Вас зову
В свидетели, с каким святым волненьем
Оставил я . . . . . людское племя,
Дабы стеречь ваш огнь уединенный,
Беседуя с самим собою.
Да,
Часы неизъяснимых наслаждений!
Они дают мне знать сердечну глубь,
В могуществе и немощах его,
Они меня любить, лелеять учат
Не смертные, таинственные чувства


                               (А.С.Пушкин. "Еще одной высокой, важной песни..." 1827)***

*  Почему греческая богиня ( а боги не седеют!!) светлой масти??? Гламур?
**с 9 августа 1824 по сентябрь 1826 г.  Пушкин, как известно находился в ссылке, в Михайловском, а раз изгнание реальное - то и Зевес - вполне материален...
*** О таинственном Зевесе, благодаря которому Пушкин проводил:
    Беседуя с самим собою. Да,
    Часы неизъяснимых наслаждений!
(неужели заговаривался этот приятель Чаадаева???)  см. в следующих главах


 и НАСЛЕДНИК ВСЕХ СВОИХ РОДНЫХ (матушке, например, Пушкин оставлял шифрблокнот во время отъезда в Москву в 1836 году) подчинился  этой воле.

Известно, что сам Пушкин произвел в 1836 году подсчет своих долгов – получилось 45000, а в итоге опека выплатила его долгов на сумму 120000 руб. Любопытная вышла арифметика. Чтобы залезть в такие долги, имея доходы, за которые "официально отчитывался Пушкин" надо было либо совсем не иметь головы (а Пушкин не отличался безрассудством), либо иметь скрытые сверхдоходы (что мы пытаемся доказать), либо надеяться, что "революция все спишет". Второе и третье объяснение - как нельзя лучше согласуются с нашей версией о тайном "мастерстве" стихотворца. 

Корни же мастерства Пушкина - шифровальщика следует поискать в многочисленных стихотворных посланиях дядюшки к племяннику. Недалёк тот час, когда кому-нибудь из филологов, или криптографов (это больше по их ведомству) удастся прочесть что же на самом деле писал дядя, и что отвечал племянничек.
 

 Стихи Василий Львович писал всю жизнь, а вот книги выходили всегда очень своевременно. Первая – в 1822 году (после выхода указа о запрещении тайных обществ в России). Как раз тогда для нелегальной переписки их членов потребовались шифр и ключи к нему. Вторая книга появилась накануне описанного Достоевским «потерянного заговора», в 1835 году. Планировалось, что его участники воспользуются ей. К истории заговора 1836 года и роли в нем Пушкина мы ещё вернемся….

 

КРИПТОГРАФИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

 Может быть кое-кому покажется, что автор, в поисках сенсаций, несколько увлёкся, и, надеясь на лавры Дэна Брауна свернул не на ту дорожку. Поэзия и шифры? Какая между ними связь? Если заглянуть в учебники литературы для средней школы и вузов, а также труды литературоведов – то, вроде бы – никакой. Однако, у нас в стране и за рубежом имеются и специальные учебные заведения, которые готовят специалистов шифровального дела – криптографов. У них там учебники совсем другие, специальные. В эпоху гласности и перестройки смогли заглянуть в эти хитрые пособия и простые смертные. Оказалось, что в криптографии книжные шифры считаются самыми устойчивыми, а сравнительно недавно отставной служащий АНБ (Агенство национальной безопасности США) изобрёл абсолютно устойчивый книжный шифр, т.е. такой вскрыть который путём подстановки практически невозможно. И это в то время, когда новейшие компьютерные квантовые шифры взламываются таким образом, что не остаётся даже следов проникновения. В учебниках по истории криптографии многие главы посвящены стихотворным шифрам, там же достаточно подробно описаны способы их применения. Несмотря на то, что такие шифры – достаточно древнее изобретение, зашифрованные с их помощью тексты не всегда можно прочесть даже сегодня, причём, применяя для этого суперкомпьютеры! Один из американских специалистов-математиков, например, прославился тем, что ему удалось расшифровать алгоритм самого (!) Томаса Джефферсона (где- то нам такая фамилия уже встречалась).  Расскажем об этой истории немного подробнее:

"Искусство тайнописи или, как его обычно называют, шифрования, в течение многих веков привлекало внимание как государственных мужей, так и философов; все знакомые с нынешним состоянием этого искусства, как я считаю, признают, что оно по-прежнему далеко от совершенства".  Так начинается письмо вице-президента  Американского философского общества (которое, впрочем к философии имело и имеет весьма отдаленное отношение, а вот к криптографии – прямое) Роберта Паттерсона, отправленное им Томасу Джефферсону 19 декабря 1801 года. 

 Томас Джефферсон являлся в описываемое время президентом АФО, поэтому неудевительно, что именно ему Паттерсон направил сообщение об изобретении «идеального шифра». Идеальным Паттерсон назвал этот шифр потому, что он соответствовал четырём важным требованиям:

1)      подходил для любого языка с фонетической записью слов

2)      был прост в использовании, а инструкция – компактна

3)      текст легко записывался и считывался

4)      получившаяся шифрограмма  была абсолютно  непонятна для непосвященных

 Самолюбие Паттерсона тешило то, что он, по его мнению, создал шифр абсолютный, взломать который невозможно, даже объединив лучшие умы всего человечества. Подбор ключа к такому шифру занял бы такое количество времени, что вся работа в этом направлении автоматически становилась бессмысленной.

 Сам Джефферсон, отчаявшись расшифровать приложенный Паттерсоном текст без помощи ключа, оценил его надежность. В 1803 году шифр был направлен в Париж. Рекомендуя этот шифр своему преемнику на посту посла США во Франции Роберту Ливингстону, Джефферсон пишет, что шифр этот «самый простой» и «взломоустойчивый». И оказался прав. Уже в XXI веке профессор Лоуренс Смитлайн был превознесён до небес журналом «American Scientist» за то, что прочёл зашифрованное по методике Паттерсона сообщение затратив на это несколько лет! Труд Смитлайна, по сообщению журнала, оказался достойным вкладом не только в математическую науку, но и в историю США.

    Но, если новаторским (сегодня!)признаётся труд расшифровщика, то, насколько продвинутым, выражаясь нынешним молодёжным сленгом, был шедевр криптографа начала XIX столетия.   Поэтому, он заслуживает более подробного описания.  

    Во времена Паттерсона, в ходу было два основных вида шифров. Первый из них – известен с незапамятных времен. Можно составить таблицу соответствия, в которой каждой букве алфавита, цифре, или символу будет соответствовать другая. С помощью таких таблиц, которые имелись у отправителя и адресата производилось шифрование и дешифрование информации. Способ был хорош, но со временем люди догадались, что одни буквы алфавита используются в словах чаще других, и научились сравнительно быстро «взламывать» такие послания. Поэтому, со временем стали составлять ещё более хитроумные шифры. Например, если каждому слову в словаре присвоить определённый номер, то получится цифровое сообщение, которое можно расшифровать, используя объемистую шифровальную книгу – гроссбух. Изобретена была и целая наука уничтожения шифровальных книг. Появилась, например, пиробумага (сверхгорючая), а на флоте шифровальные книги облекали в чугунные переплёты, чтобы в момент опасности их можно было выбросить за борт. Разведчикам же нелегалам – из за громоздкости таких шифров – приходилось, наверное,  нелегко. Да и таможенные службы в то время не зря интересовались книжками – искали не только крамольные издания, но и «хитрые» шифрпособия.

 Паттерсон, создавая свой шифр принял решение перемешивать буквы и строки исходного текста следующим образом. Сообщение писалось сверху вниз и слева направо, а затем делилось на несколько фрагментов, размером не более девяти строк, в каждой из которых было одинаковое количество символов.  Строки каждого фрагмента нумеровались по порядку, а затем – произвольно перемешивались. Порядок номеров строк во вновь составленном фрагменте – это первая половина ключа. (например: 9-7-4-2-6-8-5-1-3). Для вящей непонятности к началу строки добавлялись случайные буквы ( от 1 до 9). Количество таких букв в строке, для каждой из них внутри фрагмента – вторая половина ключа (например: 2-5-2-8-5-1-9-4-3). Нетрудно убедиться, что у такого сообщения получится неровный правый край. В нейтральных художественных текстах эта особенность наиболее характерна для стихотворений. Если же шифровка маскировалась под прозаический текст, то можно было добавить буквы и в конец строки, выровняв количество знаков в ней зеркальным образом. Сам ключ можно записывать в виде набора двузначных  чисел (или дробей). В числителе, иле цифре, обозначающей десятки – номер строки – а в знаменателе, или цифре, обозначающей единицы - количество добавленных букв. Для дешифровки сообщения достаточно было, разрезав ножницами текст на строки, отрезать лишние буквы, и вновь составить сообщение, наклеив строчки на бумагу в указанном порядке. ( А при отсутствии клея – переписать на новый лист) . Абзац, который вы только что прочли – и есть инструкция по использованию шифра.

    Шифр Паттерсона можно использовать без особых ухищрений, строго следуя инструкции, изложенной выше, но тогда спецслужба противника, наткнувшись на откровенную абракадабру, может, предположить, что вероятность того, что перехваченное сообщение – шифр – огромна. Допустим, что ключа к нему нет. Но будет во-первых выявлен канал передачи шифрованных сообщений и их адресаты, а уж они-то под пытками, или без таковых всё расскажут и покажут. Поэтому можно разделить сообщение на более короткие строчки, похожие на обрывки слов, или просто писать по одному слову в строке, а вместо абракадабры, написать нечто, похожее на художественное произведение. Например.

           ВСТРЕЧА   С   ТРИАНОНОМ СОСТОИТСЯ  В   ТЕАТРЕ  В БЛИЖАЙШИЙ ПОНЕДЕЛЬНИК

 

        Превратится в:

       наВСТРЕЧу ветреной судьбе,

       спешит А С ним - младая дева,

       с ней ТРИ подруги рядом слева,

       А он стоит, НО подойти,

       в одНОМ  ботинке к ней боится,

       знакомство их не СОСТОИТСЯ,

       В ТЕАТР им вместе не пойти

       и нЕ споёт им арий мельник

       своих В БЛИЖАЙШИЙ ПОНЕДЕЛЬНИК

 

 Наткнувшись на такое сообщение  жандарм посмеется над неуклюжестью стиля графомана, а может быть, много лет спустя филологи-комментаторы  будут зарабатывать себе на хлеб, поясняя какой театр поэт имел в виду, какую арию, и почему герой находился в одном ботинке… Если автор подобных шифровок позиционируется, как известнейший поэт, то, по идее – ни к нему, ни к получателям таких шифровок-стихов,  ни у кого не должно было возникнуть никаких вопросов. Но для этого текст сообщения надо было прятать в стихотворении, имеющем для посторонних глаз определённый общечеловеческий смысл. Вот так порой и рождались широко известные ныне шедевры Дж.Байрона, А.Мицкевича, Э.Потье, Ш.Петефи, или А.С.Пушкина (по «странному» совпадению каждое «освободительное» движение имело своего поэта-гения). Зная об этом, невольно задумываешься – не была ли судьба Гумилёва, Блока, Маяковского, Есенина или,  к примеру, Мандельштама и Клюева (не говоря уж о Варламе Шаламове, заглянув в третий том шеститомного собрания сочинений которого, мы обнаружим множество по-детски неуклюжих стихов, которые он ухитрялся передавать из лагеря на волю, за что одна из его доброжелательниц – жена офицера сама получила лагерный срок, причём почему-то за пособничество шифрпереписке врагов народа)  обусловлена их поэтическим участием в житейской прозе политических заговоров? Ведь после провала заговорщиков, и  повальных обысков спецслужбам иногда удавалось прикоснуться к тайне. Например,  сразу после ареста восставших декабристов, среди которых было немало личных друзей Александра Сергеевича Пушкина, он получил письмо от Жуковского, где тот писал: «Ты ни в чем не замешан, это правда. Но в бумагах каждого из действовавших находятся твои стихи». Заметьте – каждого. А летом 1826 года пришла скорбная весть, приговор декабристам: пятеро повешены, вместе с Рылеевым в Петропавловской крепости и сто двадцать человек оправлены на каторгу в Сибирь.

 

   Л.Смитлайну потребовалось на дешифровку сообщения из письма Паттерсона  «всего» 100 000 операций, да и выполнил эти перестановки не он сам, а компьютер по заданной математиком программе. Смитлайн утверждает, что при достаточной усидчивости заинтересованных лиц, шифр поддавался взлому уже во времена его создания, но это утверждение достаточно спорное, ведь Смитлайн всё-таки проводил свои исследования не в вакууме, и опирался на всю базу знаний, доступную современному ученому. Во времена же Джефферсона об интернете никто ещё и не помышлял, в эпоху Пушкина – тоже…

 

 

 НУ И ЧТО?

 

   Вопрос, приведенный мной в качестве названия главки задавали многие. Во-первых, сознание любого бывшего советского, или российского школьника, заполнено штампами из учебников.

Пушкин у нас красавец, спортсмен, и почти что комсомолец. Пил – ну не беда, гению можно. Кстати, родной брат поэта Лев Сергеевич – спился. В карты играл – так это для острых ощущений, да и для «Пиковой дамы» материальчик надо было собрать. Этот феномен восприятия русского человека выразил ещё небезызвестный «пламенный Виссарион» - В.Г.Белинский: «Чем односторонней мнение, тем доступней оно для большинства, которое любит, чтобы хорошее неизменно было хорошим, а дурное дурным, и которое и слышать не хочет, чтобы один и тот же предмет вмещал в себя и хорошее и дурное».

    С одной стороны, первооткрывателей и изобретателей люди не очень жалуют (завидуют, наверное). Изобретатель паровоза Стеффенсон, например, бился над практическим внедрением своего детища так долго, что успели закончиться два срока действия патента на этот локомотив.

Правда, потом Стеффенсону поставили золотой памятник.

    Опровергать устоявшийся взгляд на классику – тоже нелегко. «Племя пушкиноведов», столь красочно описанное Мандельштамом в 1935 году:

 

«Чтобы Пушкина славный товар не пошел по рукам дармоедов

Грамотеет в шинелях с наганами племя пушкиноведов

Молодые любители белозубых стишков

На вершок бы мне синего моря, на игольное только ушко»

 

заматерело в нем появились свои академики, и даже члены упомянутого выше Американского философского общества (Д.С.Лихачев). Не переписывать же им классику филологии, да и свои исследования заодно. Это работа сложная, а так – выходит издание за изданием, гонорары капают. Поэтому, в одном серьёзном учреждении мне предложили не отвлекать его сотрудников от важной работы – освоения бюджета, выделенного на подготовку очередных пушкинских чтений, и утешили тем, что когда бюджет кончится они вместе со мной «напишут много интересных диссертаций». (Разговор – реальный, и цитата полностью соответствует действительности).

 Но всё дело в том, что я вовсе не собираюсь в академики, у меня их и среди ближайших родственников вполне достаточно. Вопрос-то в другом, а именно: Что представляют из себя на самом деле произведения Пушкина ?

   Ответ получится неоднозначный. Пушкиноведам хорошо известно происхождение сюжетов произведений Александра Сергеевича. Просто, обычно эта информация не выпячивается на передний план. «Золотая рыбка» - например – взята у Братьев Гримм. Заимствованы и сюжеты «Сказки о золотом петушке», «Пиковой дамы», да и самого…. «Евгения Онегина». Тому, кто обращает на это более пристальное внимание обычно возражают следующим образом: «Сюжетов в мировой литературе всего шесть, поэтому все авторы заимствуют их друг у друга, а Пушкин-то ведь ещё и в стихах излагал».

 

(продолжение следует)


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments